Что психолог может, и чего не может
Я часто слышу вопрос: а чем мне, собственно, поможет психолог? Начну с того, чего психолог не сделает.
Я как психолог не смогу найти работу, потому что я не отдел кадров. Не решу финансовые или визовые вопросы. Я не репродуктолог, и само по себе то, что человек придёт ко мне, не решит проблем с зачатием.
Но в то же время мы можем работать на психологическом уровне. А именно — на трёх уровнях.
Первый — мысли и убеждения, установки, восприятие мира, представление о себе, отношение к своей жизни и к себе.
Второй — чувства: какие они, как человек их выражает и как интерпретирует.
Третий — поведение: что человек делает, когда так думает и так чувствует.
На этих трёх уровнях можно исследовать и корректировать. Тогда может появиться пространство для чувств и гибкость в представлениях. А вместо привычной реакции человек может выбрать другое действие, то, которое считает более правильным для себя и своей ситуации.
Знакомство и три вопроса
Первая встреча — это знакомство. И оно может занять больше, чем одну встречу. Иногда человек приходит в очень эмоциональном состоянии, и ему нужно время, чтобы просто поделиться, рассказать. Тогда знакомиться мы начинаем уже ближе к следующей встрече.
Первая встреча нужна, чтобы сверить, чего человек ожидает от работы, что хочет получить по итогу и что я могу ему предложить. Строго заданного протокола нет. Но есть ряд вопросов, которые я удерживаю в голове и в разный момент могу задать. То есть сессия на самом деле структурирована, но в её рамках возможны ответвления, и мы можем возвращаться назад.
Первый вопрос, который я задаю, — «Что вас ко мне привело?». Он открытый: можно дать столько информации, сколько человек сам считает нужным. Чаще всего люди рассказывают о том, что их беспокоит.
Второй — «Почему именно сейчас?». Нередко то, что беспокоит, длится уже какое‑то время. Но что‑то происходит, и человек решает, что пора обратиться к психологу. Что именно происходит — это говорит и о мотивации, и об ожиданиях.
Третий — «Почему именно ко мне?». Он позволяет прояснить представления, ожидания, а иногда и фантазии обо мне и о нашей работе. Уже на первой встрече их можно либо скорректировать, либо подтвердить: да, именно в таком ключе может строиться наша работа.
Точка А, точка Б и прошлый опыт
Дальше мы совместно формируем запрос: то, с чем человек пришёл. По сути, это вопрос: как выглядит сейчас точка А, в которой он находится, и как выглядит точка Б, в которую он хочет попасть.
И есть очень важный вопрос: по каким признакам мы будем понимать, что достигли цели? Как мы поймём, что получается? Иногда именно он вызывает наибольшее затруднение. Потому что не всегда понятно, чего я на самом деле хочу от работы с психологом. Как я пойму, что работа идёт успешно, что есть прогресс? Что конкретно должно происходить в жизни или в состоянии, чтобы можно было сказать: да, работа получается.
Ещё я проясняю, работал ли человек до меня с другими психологами, психотерапевтами или психиатрами. Это очень важный вопрос, не потому, что я собираюсь оценивать прежнюю работу. Я скорее слышу, какие ожидания есть от нашей, а они, вероятно, будут выстраиваться на прошлом опыте.
Например, человек говорит: «В прошлой работе было много домашних заданий, мне было очень сложно, хочется без них». Окей, это возможно: домашние задания можно не делать. В то же время они нужны не для того, чтобы дополнительно нагрузить, а для того, чтобы между встречами шла внутренняя работа. Соответственно, без них будет другой темп.
Рисунки и о чём можно не говорить
Бывает, человек говорит: «Я люблю творчество, я хочу рисовать». Для меня это очень радостно слышать: я люблю работу с образами и рисунками и зачастую их предлагаю.
При этом это не урок изобразительного искусства, и оценку рисунку я не ставлю. Для меня это проективный материал, то есть такой, в котором проявляется то, что человеку бывает трудно выразить словами. И зачастую рисунок говорит даже больше, чем слова.
Иногда, только нарисовав, человек уже сам видит, в чём на самом деле его трудность.
И на первой встрече, и на следующих можно о чём‑то говорить, а о чём‑то — не говорить. Если я вижу, что какая‑то тема из раза в раз обходится стороной, я спрошу, что это значит. Это не значит, что нужно прямо сейчас непременно начать её развивать. Нет. Я скорее исследую, что мешает говорить о чём‑то действительно важном.
Для такого разговора нужны готовность и зрелость. Поэтому решение, о чём говорить, а о чём нет, остаётся за самим человеком.
Если есть сомнения
Обращение к психологу — важный, серьёзный и на самом деле смелый шаг. Признать, что что‑то меня не устраивает, и обратиться за помощью к другому человеку, для этого нужны смелость, мужество и готовность встретиться с чем‑то, что может быть болезненным.
Сомневаться нормально. Бояться нормально. Где‑то правда важно взять паузу и не торопиться, а где‑то нужно дозреть.
Обращаться за помощью — нормально и естественно.